| Rasskazova | Дата: Понедельник, 16.02.2026, 12:01 | Сообщение # 1 |
|
Сержант
Группа: Администраторы
Сообщений: 25
Статус: Offline
| Отчим бросил тонуть ребёнка в море, а мать даже не шевельнулась, но на следующий день к ним в дверь постучали...
Коля рос в небольшом приморском селении, где жизнь никогда не баловала. Его отец, Пётр, был рыбаком – человек сердечный, но требовательный. Он учил сына почитать природу и море, показывал, как правильно забрасывать сети, рассказывал о созвездиях, указывающих морякам путь домой. Однако идиллия оборвалась, когда Коле исполнилось семь лет: отец погиб в шторм, пытаясь спасти своё судно для семьи. Это стало невосполнимой утратой.
Мать Коли, Екатерина, долго не могла оправиться, но, чтобы выжить, приняла решение выйти замуж во второй раз. Так в их жизни появился Сергей – человек жёсткий и угрюмый, с самого начала не питавший тёплых чувств ни к женщине, ни к её сыну. Сергей считал Колю лишним грузом, его раздражал детский смех и игры, он постоянно придирался к мальчику. Для него мальчик был обузой, требовавшей заботы и пропитания.
Коля, напротив, старался угодить отчиму: выполнял все домашние дела, помогал в огороде, рыбачил, но никакие усилия не могли растопить ледяное сердце Сергея. Екатерина, ослеплённая страхом перед нищетой, предпочитала закрывать глаза на поведение Сергея, всё чаще уходила в себя, избегала общения с сыном и проводила время в заботах по хозяйству. Коля чувствовал, что теряет её любовь, и это ранило его сильнее, чем грубость отчима. Однажды, вернувшись домой раньше обычного, Коля услышал, как Сергей говорил Екатерине:
«Этот пацан нам только мешает! Ты кормишь его, как барина, а толку никакого».
«Он мой сын», – тихо ответила Екатерина, но в её голосе не было ни силы, ни уверенности.
«Это твой выбор, но помни, что я здесь не для того, чтобы чужого ребёнка кормить», – холодно бросил Сергей и вышел, хлопнув дверью.
Коля почувствовал, как внутри него что-то сломалось. Его мать, которую он всегда считал своей защитницей, больше не могла его защитить. С этого момента жизнь мальчика превратилась в выживание. Сергей всё чаще ставил Колю в невыносимые условия, заставлял выполнять непосильную работу, кормил объедками и постоянно упрекал в том, что он объедает семью. Екатерина, чтобы избежать ссор, молчала, всё меньше вмешиваясь в их отношения. Единственным утешением для Коли были воспоминания об отце. Каждую ночь он вспоминал его наставления, рассказы и добрый голос, дарившие ему силы. Но однажды произошло нечто ужасное.
Это была тёмная ночь, одна из тех, когда кажется, что всё спокойно, но в воздухе ощущается напряжение, от которого мурашки бегут по коже. Снаружи ветер выл, словно раненый зверь, яростно колотясь в окна, будто пытаясь ворваться внутрь и посеять хаос в скромном доме у моря. Пятнадцатилетний подросток, полный надежд, лежал в своей постели, пытаясь заснуть под звуки скрипучих половиц. Его отчим и мать…
Сквозь дверь доносились приглушённые голоса, и в голосе отчима звучала жёсткость, жестокость, от которой стыла кровь. Коля, сердце которого колотилось как бешеный барабан, осторожно поднялся, стараясь не выдать себя скрипом старого пола. Он подошёл к двери, приложил ухо к дереву и начал слышать всё отчётливее. Эти слова он никогда не забудет.
«Этот мальчишка нам только обуза, – произнёс отчим грубым голосом, словно изрыгая яд. – Мы не можем больше его содержать. Вывезу в море и там оставлю. Больше он нам не будет проблемой».
У Коли сердце замерло. Его глаза широко распахнулись, ноги отказывались держать его.
«Нет, он не может говорить обо мне так», – подумал он, пытаясь убедить себя, что ослышался. Но потом он услышал голос своей матери, и его мир рухнул.
«Делай что хочешь», – ответила она холодно, словно это её совершенно не касалось. В её голосе не было ни капли сомнения, как будто речь шла об избавлении от ненужного хлама или чего-то совершенно неважного. Коля прикусил губу, чтобы не закричать.
«Как такое возможно? Как его мать, его защитница, могла допустить подобное?»
Глаза наполнились слезами, но он не мог позволить им пролиться сейчас. Он прижал руку к груди, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. На мгновение он потерял связь с реальностью. Не сон ли это?
«Если кто-то спросит о нём…» – добавила мать, словно ещё требовались детали. Никто не спросит, – ответил отчим с уверенностью, от которой по коже побежали мурашки. – Никому нет дела до этого мальчишки, будто его никогда и не было. Коля прикусил руку, чтобы не закричать. Он хотел выбежать, броситься к ним, спросить «Почему?», но понимал, что, если его заметят, всё станет только хуже. Закрыв глаза, он попытался найти внутри себя хоть каплю сил.
И тут он вспомнил голос своего отца, словно маяк в бушующем море. «Море безжалостно, Коля, – говорил отец, когда учил его плавать. – Но, если ты будешь уважать его, оно даст тебе силу выжить. Никогда не бойся его, сынок. Научись использовать его в свою пользу». Коля вспомнил те дни, уроки, смех отца, который всегда верил в него и относился к нему как к мужчине, несмотря на юный возраст. Эти воспоминания разожгли в нём огонь. Он не мог сдаваться. Он не мог позволить им одержать верх. Если они хотят бросить его в море, он покажет, что не станет жертвой. Эта ночь под звуки завывающего ветра и далёкого шума волн стала для него началом новой главы.
Рассвет наступил под свинцовым небом, пропитанным солёной влагой. Дом у моря выглядел ещё более унылым, словно даже стены знали, что должно произойти.
Коля проснулся с тяжестью на сердце, но в его взгляде читалась не только тревога, но и решимость. Он знал, что его ждёт. Он слышал каждое слово прошлой ночью, и хотя страх был огромен, он решил не показывать его. Коля услышал, как на кухне кто-то тихо плачет. Он поднялся с постели и осторожно подошёл к двери, прислушиваясь. Это была его мать. Екатерина сидела за столом, прижимая к лицу платок. Её плечи вздрагивали от рыданий. Коля вошёл на кухню, пытаясь понять, что могло её так расстроить. Екатерина резко выпрямилась, стараясь скрыть своё лицо. Она неловко вытерла слёзы, натянув на губы вымученную улыбку.
«Доброе утро, Коленька, ты уже проснулся» – немного устало проговорила она, избегая его взгляда.
Коля сел напротив. Его глаза были полны тревоги и подозрения. Он уже знал правду, знал, что его отчим задумал избавиться от него, но не мог понять, почему его мать молчала, почему соглашалась с этим чудовищным планом.
«Ты уверена, что всё в порядке? – тихо спросил он, внимательно изучая её лицо. – Может, ты расскажешь, что тебя беспокоит?»
Екатерина отвернулась, будто боялась, что её глаза выдадут всё. Она встала, подошла к плите и сделала вид, что занимается завтраком.
«Всё в порядке, Коля», – прошептала она, не поворачиваясь.
Но тут по дому раздались тяжёлые шаги отчима. Сквозь его улыбку сочилась фальшь. Он подошёл к Коле, наклонился, пытаясь изобразить доброжелательность.
«Коля, мальчик мой, – сказал он с притворной теплотой, – я подумал, что нам стоит провести день вместе. Как насчёт прогулки на лодке? Сегодня море спокойное…»
Коля посмотрел на него. На мгновение их глаза встретились, и мальчик ощутил холод этой лживой улыбки. Ему хотелось закричать, броситься на отчима с вопросами, но он сдержался, проглотив ком в горле, изобразил невинную улыбку и кивнул.
«Конечно, было бы здорово», – ответил он, умело скрывая бурю, которая бушевала внутри. Коля улыбнулся отчиму, но в его сердце разгорался огонь боли и обиды.
Он молча отвернулся и направился к своей комнате, чтобы собрать вещи для так называемой прогулки. Его руки слегка дрожали, но он делал всё, чтобы этого не заметили. Он знал: этот день может стать последним, когда он видит дом, который называл своим, и мать, которую когда-то считал своей защитницей. Когда вещи были собраны, он вышел в коридор, где его мать ждала у двери. Она стояла, нервно перебирая пальцами подол своего старого халата. Её взгляд был устремлён в пол.
«Ну что, готов?» – натянуто спросила она, пытаясь казаться спокойной.
Коля кивнул, пряча за этим движением волну боли. Подойди ближе, обнять её и попрощаться было невыносимо сложно, но он сделал это. Подойдя к матери, он обвил её шею руками. Она на мгновение замерла, а затем неловко обняла его в ответ.
«Мам, ты ведь… ты ведь не плачешь?» – тихо спросил Коля, почувствовав, как её плечи слегка вздрагивают.
Екатерина быстро отстранилась, сделала несколько шагов назад, вытирая лицо. Её улыбка была такой же натянутой, как улыбка отчима.
«Нет, что ты, всё в порядке. Просто береги себя, ладно? Сергей хотел сделать тебе сюрприз, будет весело».
Она торопливо отвернулась, чтобы сын не заметил слёз, которые предательски блестели на её щеках. Но Коля всё видел. Он видел, как её взгляд мечется, как дрожат её руки. Он знал, что эти слёзы были её молчаливым прощанием.
«Ладно, мам, я пойду», – произнёс он, стараясь придать голосу ровность.
Она кивнула, поднимая глаза. Коля задержался на секунду у двери, оглянулся и посмотрел на неё. В этот момент он запомнил всё: её усталый вид, её слёзы, её взгляд, в котором смешались любовь, страх и вина. Он хотел спросить: «Почему ты меня не защитила? Почему позволила ему это сделать?», но он знал, что ответы ничего не изменят.
«Я люблю тебя, мам», – тихо сказал он. Екатерина попыталась улыбнуться, но вместо этого прошептала:
«Я тоже тебя люблю, сынок». Коля глубоко вздохнул, ещё раз взглянул на неё и открыл дверь. Выходя, он понимал, что, скорее всего, больше никогда не переступит этот порог
Показать ещё
|
| |
|
|
